Я знаю, что пересказывать собственные сны добропорядочной публике считается дурным тоном, но меня гложет нехорошее предчувствие, что если я не разделю свою тяжкую ношу с кем-нибудь невинным, то сегодня я продолжу эту безумную гравировку по гробу, а это как то плохо вписывается в мои ночные планы. Так что уж побудте тем несчастным психиатром, что толкал телегу до Киева и ублажал женщин своих клиентов.
Мне снились похороны. Мои похороны, а как же. Чьи же еще. Есть мнение, что тем, кто думает о собственным похоронах, не хватает любви. Не знаю, мне кажется мне не хватает дешевой наемной рабой силы, студента в лабе пора завести что ли.
Итак, я умерла. И тело мое жаждало упокоения в земле. Традиционно так. Никаких огненных печей, никакого сжирания плоти птицами, земля, только земля, и в гробу. Я лежала вся такая красивая, в белом блатье и с омелой в волосах, а черт, мне некогда было лежать, мне нужен был гроб, потому что без гроба упокоения не предусматривалось, а гроба не было. Причем гроб нужен был не любой, этот чертов гроб должен был быть покрыт чеканкой. Не спрашивайте меня зачем, откуда я знаю, может ангелы в раю соскучились от бескультурья, им хочется взирать на прекрасное, а вывоз предметов искусст . . . → Продолжение: В порядке бреда…
