Неделю назад гуляли мы по островам в дельте Снохомиша и забурились в такие густые кравпивные заросли, каких я не видала со времен своего голоного детства. Обстрекала все, что можно и не можно. Спутник жизни моей говорит — давай соберем и сделаем крапивный суп. И вспомнилось мне, что в том самом моем голоногом детстве, зеленые щи из молодой крапивы были непременным атрибутом весны. Крапива была первой съедобной зеленью, появлявшейся в наших местах, и как только она проклевывалась, меня отправляли насобирать в ближайшем ложке жалящих зеленых созданий, и варили отличный суп. Крапивы мы не набрали, потому как была некуда, а главное нечем. А суп детства, это все же не семь братьев-лебедей, чтобы хвататься за крапиву голыми руками. Но мысль запала. А еще за неделю до этого подруга отдала мне стопку кулинарных журналов. И вот, после нашей островной прогулки решила я журналы полистать на предмет не приглянется ли мне что. Надо сказать, что английское название крапивы я как то никогда не знала. Без надобности было. А тут спутник жизни моей в страве посетовал, как наш островной маршрут оказался незавершенным, потому как я отказалась забуриваться в крапивные заросли на всю их глубину. Заодно выяснил, как . . . → Продолжение: 52 супа. Суп семьдесят восьмой. Велуте из дикой крапивы с креветочным релишем
