В детстве я про клюкву читала только в книжках. Про все эти бесконечные болота, по которым бродят люди в сапогах до ушей и с коробами за спиной, принося домой туеса и ведра красной кислой ягоды. В нашей сибирской тайге клюква не росла. Там росли брусника, черника и голубика, которые, конечно, клюквины двоюродные братья и сестры, но клюквой все же не являются, хотя и гораздо вкуснее.
Первый раз я живую клюкву увидела в Киеве (казалось бы, где Киев и где клюква), на какой-то растительной выставке-продаже. Там была образцово-показательная грядка продажной клюквы. На мху лежали рубиновые полупрозрачные ягоды, прикрепленные к тоненьким зеленым стелящимся ниточкам. Ровно такая, как я ее себе и представляла. После этой мимолетной встречи клюква опять надолго пропала из моего поля зрения.
Во время жития на Лонг Айленде (штат Нью Йорк) мы полюбили сплавляться по речке Peconic, текущей через восточную треть острова, и впадающую в Pecоnic Bay, разделяющий Лонг Айленд на северный и южный хвостики. Речка тихая, сонная, постоянно расширяющаяся на бусины озер, заросшая камышами и изобилующая птицами, черепахами и прочей околоводной живностью. И вот где-то посреди этой речки имелось три последовательных расширения, именовавшихся прудами бывшей клюквенной фермы. Карта с . . . → Продолжение: Клюква
