Велелла ака парусник ака парусница ака Velella velella. Крохотный надувной (внутри имеется воздушная хитиновая камера) плотик с парусом. Обычно около 7 см в диаметре — самый маленький морской кораблик. Колониальный гидроид.
Парусники — дальние родственники медуз и кораллов. Носятся по воле волн и ветра по океанским просторам, опустив вниз коротенькие щупальца, и ловя ими все, что пролезет в маленькие, но хищные ротики, от криля до рыбьих мальков.
Колония объединяет три типа организмов. Гастрозоид, он самый большой и один на всю колонию, без него колония загнется- он единственный еду ловит. Ну и ест, само собой. Но также делится с окружающими его гастрогонозоидами. Это берут его у него прямо изо рта, сами ловить не умеют, только кушать. Зато они обеспечивают не просто индивидуальное выживание колонии, но ее глобальное будущее. Отвественны за размножение. И весь этот кулинарно-эротический разврат охраняют суровые воины — дактилозоиды. У них даже ротиков нет, толь злобные стрекательные клетки — кормят их защищаемые со-колонники уже переваренной пищей.
Размножаются парусники тоже не без наворотов. Про гонозоидов взрослого парусника так и хочется сказать, что они самые привелигированные участники колонии — только жрут, что поймали другие, и трахаются. Но последнее не будет правдой, гонозоиды чужды плотским развлечениям, они совершенно бесполо отпочковывают от себя крохотных, абсолютно индивидуальных, чуждых колониальным замашкам родителей, свободно плавающих медузоидов.
И вот эти крошечные раздельнополые медузоиды уже ищут сеновала большой гетеросексуальной любви. Для этого опускаются на километровую глубину, находят партнеров (даже не представляю как), нерестятся. Из оплодотворенных яиц выходят планулы — крохотные личинки корабликов. Они жирненькие, легонькие и быстро высплывают на поверхность. И на поверхности планула превращается в первого полипа колонии, а уж от него путем почкования без отделения получаются все остальные полипы колонии. Так что в колонии все братцы- колонисты — клоны-сибсы.
Парусник — известные космополиты — «нет у них родины, нет им изгнания», но холода не любят, предпочитают тропики и субтропики (я пошла посмотреться в зеркало — не колониальный ли я гидроид). Но, когда плывешь по мировому океану без руля и с единственным ветрилом, кораблекрушение — считай неизбежный конец жизни. На нашем западном побережье пляжи, покрытые результатами таких массовых кораблекрушений — ежегодное весенне-летнее явление.
Пляжи Орегона — прошлогодний июль.
