|
||
|
Ну и последний парк, совсем маленький, на берегу моря. Вдоль берега идет железная дорога, и по ней даже ездят порой поезда. Железнодорожный транспорт в Штатах и в Канаде не особо в данный момент развит, но кое-что еще поездами перевозят, поэтому иногда можно встретить поезд.
Для желающих посмотреть японские садики Сиэтла. Первым пойдет японский садик из Арборитума. Гулялось в позапрошлые выходные в нем. Снимала вроде много чего, но получились сплошные каменные болванчики и черепахи в аасортименте. Садик маленький само-собой, народу нем много, хотя мне сказали, что нам повезло и в этот раз он был практически пустой. Страшно подумать, что тогда представляет сосбой полный садик. Болванчики, как и было обещано.
Я окончательно и бесповоротно разочаровалась в Сиэтлском Аквариуме. Была там два раза, с первого остались какие-то смутные впечатление, а в этот раз сходили, и я окончтельно убедилась, что плохо, скотинок мало и видно их в большинстве случает плохо, особенно птиц и млеков морских. Все за толстым грязным стеклом и с плохими подходами. А казалось бы Сиэтлу самими обстоятельствами иметь хороший аквариум. Зоопарк тамошний меня кстати тоже еще с первого захода глобально разочаровал. По этой же причине — все за толстым грязным стеклом — ничего не видно. А ведь даже и велосипед изобретать не надо — построено (перестроено) уже множество зоопарков и аквариумов, где и скотинкам хорошо и видно их при этом замечательно (заметьте, я не о ситуации — зверь спрятался в домике, а о том,что его открытую территории не видно путем из-за уродства оборудования) . Недовольно я короче этим аспектом Сиэтлской жизни, и фи свое здесь и выражаю.А несколько рыбок все ж покажу, как это аквариум и без рыбок. Качество не критиковать, какое может быть качество через толстенное стекло в темном помещении.
. . . → Продолжение: Аквариум (Сиэттл) Обнаружила в закромах кучку забытых костариканских белок. Уже в последний день в столице перед самолетом вышли побродить часок, и в каком-то чахлом скверике обнаружили большое дерево и толпу белок на нем, штук двадцать, не меньше. По поведению они мало чем отличаются от городских белок Нью-Йорка или Москвы — такие же наглые вымогатели, только рыжие. Население также развлекается, скармливая скотинкам корзины печенья.
В канопетурном заведении имелся собачег. Ужасно общительный, заиграл меня совершенно. Уси-пусечные такие картинки, ага, но пусть будут, хороший собачег, солнечный.
На островке в океане, который я уже показывала, была выловлена модель, занявшая мой ум и руки надолго. Модель за время съемок надо полагать настрадалсь, но это нормально для модельного бизнеса. Итак рапан, он жа conch. Во всей своей красе. Раковину помните? Так это вот ее натуральный владелец и производитель. Дисклаймер: во время съемок, ни одно животное, за исключением фотографа, не пострадало.
В конторе этой древолазательной тусовался зверь. Здоровенная богомолица. Я за ней немножко поползала.
После оземноводнивания в речке Кларе была запланирована ночная охота на мыша, так что с наступлением сумерек мы под предводительством гида по имени Консуэло выдвинулись в леса к мышиным пещерам. В целом имена тамошних обитателей радовали меня необычайно, особенно запомнились Консуэло и Вилбур. Последний мне до этого встречался один раз в жизни, да и тот был поросенком. Впрочем Консуэло тоже встречалась до того один раз и исключительно в литературе, но по крайней мере была человеком. Впрочем на следующий день в конную атаку нас повел человек по имени Пиранья, когда мне его поименовали, то в ответ на явно выраженное сомнение на моем лице, сказали — да-да, как рыбку. По пути было обнаружено дерево. А точнее фикус, ну какое там еще дерево может расти, впрочем. Но не просто фикус, а кун-фу-шный фикус. Растет одиночными деревьями на голых скалах. Соответственно медленно и печально (а кто на голой скале будет расти быстро?). Когда мастер кун-фу берет ученика, он сажает плод фикуса на голую скалу, и когда фикус развесится и заколосится , ученик достигнет мастерства. (Птица, ты уже посадила фикус?)
. . . → Продолжение: Коста Рика — день восьмой — охота на мыша Costa Rica, Rio Clara, capuchins.
На восьмой день ничего глобального запланировано не было, и с утра двинули на Rio Clara, речку впадающую в океан недалеко от нашего купального затончика. Минут сорок топать по пляжу и тропе от нищенского рая. На речке была задекларирована возможность занедорого нанять лодку и лодочника и покататься по речке, посмотреть водопады. Но первое во что я уткнулась, придя к речке была толпа в дупель наглых капуцинов. Снято все 80-ком, практически вплотную. Капуцины вообще самые наглые из местных обезьян, но эти превзошли сами себя. Вот они выбредают из лесу.
Costa Rico, 7th day of travel, Corcovado National Parkm San Pedrillo Station. После прогулки по водопаду все вернулись к рейджерской станции и рухнули на лужайку, предпочитая в расслабленном лежачем состоянии дожидаться катера, который отвезет утомленные тушки в нищенский рай. Но у меня традиционно не хватало приключений. Еще при изучении потенциальных приключений на месте мною было вычитано, но от станции San Pedrillo можно вернуться не как все на катере, а пешочком по тропе и займет это около двух часов. Было начало четвертого, ночь наступала в шесть, и я просто чувствовала, что именно этих двух часов я и не догуляла еще. Пнув своего спутника, я бодренько заявила гиду, что на катер не хочу, а хочу пешком. Гид вяло потыкал пальцем в часы, но понял, что переспорить меня дело дохлое, посоветовал топать c должной скоростью и мы пошли. Поначалу тропа шла ясно и откровенно вдоль берега, и мы бодро топали, отволекаясь лишь на мое примеривание к видам, охоту на крабов и прочие невинные развлечения безумного фотографа. . . . → Продолжение: Коста Рика — день седьмой — Corcovdo — San Pedrillo Station Costa Rica, the 7th day of travel, Corcovado National Park, San Pedrillo Station. Итак меня выловили из ручья, откуда я домогалась до коати и мы снова углубились в лес, двигаясь теперь в возвратном направлении к рейнжерской станции. Дорога наша традиционно пролегала среди фикусов. Ну теперь я думаю все уже запомнили, что фикусы там везде и жизнь без фикусов не возможна. . . . → Продолжение: Коста Рика — день седьмой — Corcovdo — San Pedrillo Station Costa Rica, 7th day of travel, Corcovado National Park, San Pedrillo Station. Итак на день седьмой была запланирована очередная вылазка в дикие джунли, но теперь уже в другую точку этих джунглей. Традиционный ранний подьем и в 6-30 утра катер везет нас к San Pedrillo Station, там домор рейджеров и одно из мест высадки бродильцев по парку. Плыть минут сорок. . . . → Продолжение: Коста Рика — день седьмой — Corcovdo — San Pedrillo Station
Costa Rica, 5th and 6th day of travel. После возвращения с острова было решено, что вымачивания в океане на сегодня вроде бы достаточно, и остаток светового дня стоит посвятить выгуливанию вдоль берега в противоположную от купальной бухточки сторону.
Первым делом я напоролось на крабью норку, а вслед за тем и на ее обладателя, на которого и начала продолжительную охоту. . . . → Продолжение: Коста Рика — день пятый и шестой
Costa Rica. 5th day of travel. Cano Island. На это день был запланирован остров. Cano Island. Относительно недалеко, минут 45-60 на катере, видно с материка. Остров и воды вокруг него природный заповедник, посему на острове имеют место быть гуляльные экскурсии, а вокруг острова, в силу запрета там добычи даров моря и их пожирания не отходя (ну или отходя к холодильнику) от кассы, процветает дайвиг, снорклинг и прочие внутриморесозерцательные развлчения. Короче в планах был снорклинг, обед и прогулка (опционально для желающих, т.е. для меня обязательно) по острову, еще снорклиг и поплыли домой на ужин. Наученная печальным опытом Пуэрто Рико и мудрыми старшими товарищами, я перед отъездос схарчила драммомина и была счастлива (вот же загадочный организм, когда кораблик быстро-быстро несется по большим волнам, подпрагивая на пару метром и норовя вбить позвоночник в скамеечку, организм абсолютно счастлив, но стоит кораблику начать медленно и печально колыхаться на минимизированной псевдоволне, организм норвит распрощаться в дорогим его сердцу последним приемом пощи (ладно еще за борт, а вы бы знали, как неудобно это делать в загубник акваланга), чего и всем потенциальным страдальцам советую. Приплыли мы к острову, повыкидывались за борт с масками и стали плавать от скалки к скалке, наблюдая местную морскую жизнь. Скажу . . . → Продолжение: Коста Рика — день пятый — Cano island
Возвратясь из джунглей мы пошли в заветную бухточку поплавать перед ужином. Не взять камеру вообще я не смогла (это тяжелое психическое заболевание, камеру я не брала с собой только вечером в темноте на ужин и в бар), но измученная нарзаном собственным тяжелым маниакальным сотоянием заставила себя не взять с собой телевик. Пришлось осознать, что мой психоз лучше меня ориентируется в бытии, в заветной бухточке устроились на обед мако. А телевика то и нет…Пришлось скрепя сердце и посылая себя и психтерапию в душе к такой то матери, красься к прожорливым пупугаям со штатником. Попугаи собственно жрали. Жрали они собственно фикус. Ну что еще с другой стороны в этом тотальном фикусятнике жрать бедой птице. Смотрите как мако кормится и проклинайте вместе со мной психотерапию и желание избавиться от маний.
. . . → Продолжение: Коста Рика — день четвертый — вечер
После ланча с муравьями углубились обратно в лес. Прямо незадолго до нашего появления по грязи тропы промчалась стая пекари – крохотных диких свинок с полосатой шкуркой. Свинки нам понятно не достались, только отпечатки острых копытец. Пока мы наслаждались свинскими следами здоровенная стая капуцинов совершила нападение, по тихому без объявления войны. Капуцины самы буйные и самы наглые из обитающих в тех местах обезьян. Они прискакивают из ниоткуда, спускаются пониже на вашу голову (нагадит заодно на вашу же голову могут), орут, скалят зубы, скачут туда сюда и вообще ведут себя как люди в зоопарке. Кстати оскал – демонстрация статуса, поэтому если оскалится в ответ, капуцин фигеет и задумывается. Я очень этим полюбила развлекаться. Слава богам меня снимать некому было за беседой с капуцинами. . . . → Продолжение: Коста Рика — день четвертый — Corcovdo — продолжение
Кстати в прошлый раз я по свойственной мне глубокой рассеянности (а это еще один несомненный признак гениальности наравне с хорошо сформированным склероз) под рассказ о тапирьем ручье плюхнула картинку со следами пумы в грязи. И ведь никто не заметил! Не то что б я считала, что каждый уважающий себя человек должен разбираться в следах тапиров и пум, но вот в начала поста были следы таки натурального тапира на песке, и ведь совсем не похожие следы… Так вот в грязи были пумьи следы. Вотя их еще раз покажу. . . . → Продолжение: Коста Рика — день четвертый — Corcovdo — продолжение
Утро в раю ознаменовалось воплями и бомбардировкой крыши. Стая капуцинов пришла позавтракать кокосами, а поскольку капуцины не отличаются особо культурными манерами, то ветки, кокосы и прочие предметы, встречавшиеся им на пути летели на крышу, дорожку и мою выглянувюшую посмотреть, что за бедлам вокруг голову. Голова впрочем, как это ни странно, не пострадала. На первый полноразмерный день была назначена поздка на позверюшек в Corcovado National Park, Siena Station. Это второй по величине парк в Коста Рике, и самый большой на юге. Сплошной дождевой тропический лес. Основали его где-то в середине прошлого века, но нынешней размерности добирались с трудом и боями. Территория была не шибко населена, но где-то были поселения местных и их надо было переселять. Ну с бедняками, которых на тот момент там было большинсво, обошлись просто, партия правительство сказало надо, мелкую компенсационную сумму в зубы, немногочисленный скарб сперва на судно, потом на грузовик – и вот теперь вы будете жить здесь. Но там было еще пара богатых поселений, с виллами и бассейнами, куда далеко не бедствующий народ сбежал от суеты общества. Им пару сотен баксов в зубы не сунешь и в грузовие не посадишь, а сами они уезжать не хотели даже за приличные компенсации, что им деньги, . . . → Продолжение: Коста Рика — день четвертый — Corcovdo — начало Выиграв очередную битву за утративший способность к существованию после клинической смерти лаптопчика фотософт (спасибо все к поучаствовал в реанимации Капчи тем или иным путем), и озверев окончательно от профессиональной деятельности, решила немного на все забить и вернуться хоть ненадолго к картинкам. И еще один маленький день из Коста Рики.
С утра пораньше я тщилась прогуляться по окрестным плантациям поснимать птичек, но проливной дождь отменил мои порывы и перевел их в традиционное русло завтрака и сборов в дорогу. Итак, последний раз понежив разбалованную цивилизацией тушку горячим душем, и ублажив желудок доброй трелкой фруктов с кофе, мы припрягли нашего милого хозяина в очередной раз к баранкеи поехали в Sierpe переправляться в наш бедняцкий рай. Впрочем это следовало написать с большой буквы – Бедняцкий Рай (Poor Men Paradize), ибо сие место есть махонький дешевенький ризортик, расположенный на берегу океана, практически на границе национального парка Corcovado. Дорог туда нет, попасть можно только на катере по океану (ну еще на лошади по тропам через джунгли можно, но это отдельное развлечение, пешком впрочем по этим же тропам тоже можно, но это еще более отдельное развлечение, как я потом ухитрюсь убедиться, но никто не мешает, да, но на лодке все же проще всего). . . . → Продолжение: Коста Рика — день третий
Итак мы двинули вниз по ручью, а вместе с нами двинул дождь.
. . . → Продолжение: Коста Рика — день второй — завершение
Итак, погоняв христосиков по водам, и позавтракам фруктами с кофе (свежесорванный с дерева банан оказался вкусен даже для меня, при всем моем глубинном равнодушии к бананам, не взирая на их фрейдистую сущность, а поспевший на кусту ананас настолько глубоко поник в мою неустойчивую к соблазнам душу, что все оставшееся времея я только ими и готова была кормиться) и завербовав владельца отельчика в качестве возницы (не виноватая я, он сам предложил), мы переместились собственно в Sierpe. Отельчик, с причудливым поименованием – Мангры Экологические (ну там везде мангры вдоль реки, с этим не поспоришь), в нескольких километрах от собственно деревеньки. Sierpe совершенно крохотный населенный пункт на реке, пара улиц, несколько мгазинчиков, несколько контор для путешественников, пара ресторанчиков. Там у нас был договор с одной из контор о дневном маршруте в дождевой лес к водопадам и ядовитым лягушкам. Соблюдая договор нам выдали лодку – 1 штку и гида – тоже одну штуку. И трое нас совершенно без собаки сели в лодку и двинулись поначалу по реке низ к далеким берегам.Гид наш был милый жизнерадостный никарагуанский абориген, хорошо знающий местную флору и фауну (на самом деле), но до крайности плохо знающий английский (немногим лучше чем я испанскй), но трындели мы с ним . . . → Продолжение: Коста Рика — день второй — начало
Декабрь у меня в решил продолжиться блуждаением по странам приближенным к экватору, в этот раз к последнему было решено приблизиться еще на пару градусов поближе и отправиться в тропические дождевые леса. Итак, Коста Рика, самая юго-западная оконечность страны, дождевые леса национального парка Корковадо, 19-29 декабря. Путешествие получилось нетрадиционно цивильным для меня, хотя надо отдать мне должное, я сделала все возможное, чтобы внести в него хоть каплю дикого авантюризма. . . . → Продолжение: Коста Рика — день первый Кажется я таки вернулась, хотя бессонные ночи наступившего года делают мое сознание смутным и не особо уверенным в реальности происходящего. Десять дней душных джунглей Коста Рики наслаиваются на снежные ночи Нью Йорка и все это печально замывается дожливами сумерками моего обитаемого Острова. Стоящий передо мной трудовой подвиг бесконечной стеной уходит в дождливое небо, а хочется сесть за разборку мегабайтов картинок теплого и ужасно дождливого сухого сезона Коста Рики. А еще больше хочется снова быстеренько куда-нибудь уехать. На край земли желательно. Но Коста Рика будет, много и скоро.. А пока лягушоночек. То есть это взрослая полноразмерная лягуха конечно, но росту в ней всего сантиметр, а скачет она как заведенная, вот за ней чудно было лежа на пузе в луже гоняться. Правда лужа была теплая…
День предполагался днем больших водных процедур. Но поначалу я решительно домоглась до пальмого краба. Их там прорва, от совсем крохотулек до здоровенных с увесистый кулак. Они резво шныряют в манграх, весело шурша листьями и прячутся в ракову если направить на них свет или ухватить за домик. Но в манграх темно, и снимать их невозможно (ну не Д700 у меня, который и на 2000 ИЗО не шумит). Поэтому был выбран экземпляр попредставительнее, утащен на пляж и подвергнут принудительной фотосессии.
. . . → Продолжение: Mona Island — день четвертый и завершение Утром мы героически встали в 2 часа, приехали на причал, загрузились и в запланированные 4 таки выплыли, что в о общем можно расценивать как фантастику. До острова на тяжело груженой лодке доплыли за четыре часа. По дороге встретились какие-то маленькие дельфинчики, которые резво пропрыгали поперек хода яхты. Остров Мона — это такая толстенькая монетка. Абсолютно плоский со скальным основанием, поднятый над поверхностью воды метров на 100 где-то. У подножия скалы имеются бухточки и песчаные пляжики, поросшие манграми и кокосовыми пальмами. К одному такому мы и пристали. Под манграми предполагалось разбить лагерь и жить. На острове кстати ничего нет, все требуемое индивидуумом для жизни, включая пресную воду, надо привозить с собой. Первым же туземцем, встеретившим нас оказалась та самая пресловутая игуана.
. . . → Продолжение: Mona Island — день второй Я никогда не была южнее Флориды, и сей факт моей биографии начал меня угнетать своей незыблимостью, поэтому когда меня позвали на необитаемый остров в Карибском море, я как-то беспечно легко придушила жабу так, что она следуя заветам уважаемого господина Ламарка поменяла вид и стала жабой-пипой, и поехала. Часто я что-ли попадаю на необитаемые острова? Т.е. не необитаемые острова я впрочем регулярно попадаю, но они обычно из серии «и на камнях растут деревья» — ледяное море, елки, и снежок пробрасывает. А тут пообещали Карибское море, вечное лето и гиганских игуан. Последние были решающими. Итак, Mona Island, входит в состав Пуэрто Рико, располежен милях в 40 от остновного острова к югу. Национальный парк. Населен гиганскими игуанами, сбежавшими от пиратов в незапамятные времена и благополучно одичавшими козами, небольшой группой ученых, пытающихся войти в контакт с игуанами, и туристами, численность которых в единицу времени строго лимитирована и регулируется отстрелом пермитами от правительства. Ночной перелет в Нью Йорк, и следующий ночной перелет в Aguadilla, один из немногочисленных городов Пуэрто Рико. Выпадаем из самолета прямо на поле, ночь, тепло, цветы и цикады. Мне резко начинает нравиться. Исходно планировалось, что мы прямо с самолета едем к яхте, которая быстренько нас доставит на наш необитаемый остров, но это . . . → Продолжение: Обитаемый остров (Mona Island — день первый) Бонусом для таких же извращенцев юнных натуралистов как я, гусеничное нашествие из дня второго, пропушенное мною ранее. Когда днем вторым, под пасмурными пустынными небесами я утопала поснимать подремать в дюны, Юля осталась подремать у машины, но не выдержала и пошла прогуляться по кромке дюн, где и обнаружила среди колосящихся там лопухов изобилие здоровенных гусениц, задорно эти самые лопухи жрущих. Когда я вернулась, меня ткнули носом, и я тут же пала на колени перед этими могучими созданиями. Гусениц действительно было много, они были изрядных размеров и жадно пожирали окружающую действительность различимо поскрипываю челюстями. Я впечатлилась и разумеется не удержалась от запечатления. Из зала подсказывают, что это может быть бражником.
Пятый день — день отъезда. Около трех пополудни нам надо быть в Вегасе, что бы сдать машину и плюхнуться в самолет на Сиэтл. Реально мы никуда попасть уже не успеваем, так что решаем просто проехать через долину по 190 и далее по 178 с севера на юг, быстренько снимая, если что где увидим новое и интересно. И вот на 178 дороге, по которой народ особо уже и не ездит на нас выбежал койот. Мы само собой тут же остановились, выпрыгнули из машины, и закружились с собачкой в танце. Мы хотели картинок, а койот явно хотел пожрать, но кроме консервированных фруктов предложить у нас ему было нечего. Койот был по весеннему тощ и облезл, но вполне бодр и любопытен. Так мы с ним прогарцевали, взаимно обнюхиваясь, минут десять, а потом он в нас окончательно разочаровался и потрусил восвояси…
На причале нас встретили аборигены в количестве двух человек, вооруженные перцовыми баллонами, окружили и препровадилив машину. Так они нас всю дорогу и контролировали, говоря, что гризли кругом, и из какого куста он выскочит неизвестно. Медведей предполагалось смотреть на речке, по которой они должны бродить в поисках нерестящегосо лосося, для этого на берегу в нескольких стратегических местах установлены высокие деревянные платформы, на которые медведь не может запрыгнуть. Для начала нас повезли на самую дальнюю, стоящую на месте слияния двух речек. По дороге перечислили имена и приметы всех живущих тут медведей (гризли животные территориальные), посетовали, что зима прошлого года была суровой и медвежат не родилось, но обнадежили, что с утра пара медведей была замечена. На платформе было мокро, туманно и совершенно безмедведно. Оставалось снимать пейзажи и наблюдать за орланами, оляпкой, чайками и крохалями. Наконец вдали был замечен медведь. Окружающие резво вооружились 400-никами и бодро защелками затворами. Мне с моим 200-ком можно было и не дергаться и я впала в печаль. . . . → Продолжение: Гризли И в субботу мы с и компанией поехали охотиться на гризли. Охотиться решили посредством вот этой компании в лице профессионального рыболова и демонстратора дикой живности нуждающимся Гари. Вообще медведедемонстрационных компаний в тех местах хватает, выбирать можно гаданием на ромашках или кофеной гуще. Для участия в охоте надлежало приехать к 8 утра в Campbell River, городок расположенный на восточном побережье где-то посередине острова, до которого пилить машиной часа 3.4 — 4, поэтому я героически проснулась полчетвертого утра и в четыре утра же героически выезжала из дома, зажав в зубах рюкзак с камерой. Как и положено шел дождь. Первая дорога была темной, мокрой и скользкой. Шел дождь, над дорогой сгущался туман, демонстрирую плавно перетекающие друг в друга состояния от осенней дымки до черт, ничего ж не видно, через дорогу переодически перепрыгивали лягушки. Число машин, стремящихся в субботу в пятом часу утра попасть в Викторию в нашей не особо населенной местности поражало мое воображение. В Campbell River все так же безнадежно шел дождь, и не смотря на 8 утра и рассвет, который должен был уже наступить, было темно. Я порадовалась своему традиционному везению и решила, что медведей нам сегодня не видать. Учитывая, что это должен был быть последний выезд сезона, поскольку лосось . . . → Продолжение: Осень — сезон охоты В середине августа гостила на нашем острове и зазвала меня провести с ними денек. Гостила она примерно посеренине острова, в Qualicum Beach, городочке малость севернее Nanaimo. Очень милое место для желающих спокойно отдохнуть на море. А мы поехали знакомиться с достопримечательностями тамошних окрестностей. Для начала направились в Coombs, поселеньеце километрах в пяти вглубь материка. Карта гласила, что главная достопримечательность — Козы на крыше. На въезде в Coombs нам попался Бабочковый сад, куда мы и заглянули. Садик маленький в сравнении с викторианским, разнообразие бабочек и цветов не бог весть какое, но вполне симпатичный. . . . → Продолжение: Провинциальная жизнь или козы на крыше песчанных замков Тюлени (Harbor seal) у нас в городе, что твои голуби в Венеции. Люди им глубоко до лампочки. Впрочем нет, люди, они могут рыбкой угостить, поэтому к людям проявляется незамысловатый меркантильный интерес. Пока мама плавает к яхтклубу за обедом (я тюленей, кормящихся преимущественно мороженно селедкой от яхтклуба уже показывала), ребенка она подбрасывет подремать на внешние плиты мола главной бухты города, куда приходят постоять круизные лайнеры. С этих плит, кстати нырять удобно (чем тамошняя дайвинговая контора и пользуется), а живность там богатая, крабы в ассортименте, гиганские голотури, скальные рыбы, анемоны и прочая радость подводного натуралиста. Ребеночек.
. . . → Продолжение: Тюлененыш Медведь белый, глубоко полярный. Точнее медведица. Скучно, жарко (ну ей жарко, я все металась между сниманием и одеванием свитера), что ж не развлечься купанием. Опять же можно сделать вид, что охотишься на уток, которые так и норовать поплавать в чужом пруду.
Chuckwalla aka Sauromalus ater, семействоигуан. Крупненькая такая скотинка, с полметра где-то. Травоядная, жрет любую растительность, сумевшую вырасти в этой пустыне, воду не пьет. Я снова на западном побережье. Хочется уподобиться данному животному, но обстоятельства, боюсь, не одобрят.
Серая. Толстая. Наглая. Вымогала пожертвования, виясь вокруг меня кругами. Не получив, громко и смачно высказала свое фи, и удалилась восвояси. Вообще такая невоспитанность викторианским белкам не свойственна, это удел жителей больших городов. Толи мигрантка, толи дурное влияние средств коммуникации. Выбралась я таки наконец в Ванкуверский аквариум. Он довольно симпатичный, но как оказалось очень маленький. Рыбки, лягушки, белухи, бухтовые тюлени и морские львы, последние к тому же были куда-то спрятаны. И дрессированные дельфинчики.
Все таже девочка, плавающая как на работу к причалам яхт-клуба. Их там трое обычно пасется, но в этот раз она паслась одна. Вся рыба ей и досталась в результате.
Он же Yellow-bellied marmot или Marmota flaviventris. Снят на берегу Wedgemount Lake, Скалистые горы Британской Колумбии. Обитает практически на тропе ведущей вдоль озера к леднику, организовал там таможенный пост и требует плату со всех топающих на ледник. Подпустил в конечном итоге практически вплотную, но раздраженный заминкой с оплатой, залез под камни и оттуда злобно думал нехорошее.
В этом году с медведиками на острове урожайно. В парке Juan de Fuca они бродят толпами, угаживая тропу и переодически мелькая в кустах, вызывая восторги окружающих. Этот тусовался на обочине.
Поскольку медведь из травы не высовывылся, а трава была густая, а меня втягивали в окно, когда я пыталась из него совсем вылезти, то качественных снимков не получилось. Медведь был мелкий, с крупного ньюфа, может щен годовалый, и жрал траву, что твоя корова.
Наконец-то мне удалось найти тюленье лежбище, причем не где-то там на острове в километре от берега, а вбухточке не самого дикого парка.
Загорали скотинки на трех открытых отливом скалках, прямо под окнами каких-то жилищ человеческих. Млеют животные.
А водичка ледяная между прочим.
Несмотря на привычку к загоранию в людных местах, во мне тюлени заподозрили что-то недоброе. При попытке подкрастся поближе скотинки насторожились.
И начали сваливать в воду.
Два самых храбрых (или ленивых) какое-то время еще демонстрировали полнейшее равнодушее перед лицом врага
Но и у них через минуту сдадут нервы, а может коллективизм взыграет.
Из старых запасов. Скалистые горы, озеро Кананаскис. Белка сия земляная — совершенно дикое животное, обитающее в диких же местах. Но орехи любит, и халяву ценит. Вот животное вылезло из-под камней заценить, что происходит снаружи, а то слышно — люди хотят. А где люди, там и орехи могут быть. Так, человек определенно владеет орехами, надо разобраться.
Хорошие орехи, миндаль, не арахис какой-нибудь.
Мужик, а мужик, а ведь у тебя еще много орехов…
Ты не стесняйся, ты разжимай ладонь-то, у меня знаешь какие защечные мешки большие!
Мешки набиты, ладонь опустела, можно отойти в камушки и начать перекусывать.
Вкусно!
Тюленьчик загорал в прибрежных вода East Sooke Provincial Park.
Дитю вчера исполнилось 3 дня. Оно феерически шустрое, в отличие от близнецов уже на второй день залезло на полку, скачет по клетке и вызывает у меня опасения, что движения по ограничению его свободы надо предпренимать немедленно. Малчык. Головаст необычайно. Создает впечатление титана мысли, хотя вряд ли таковым является. Снимать его, к сожалению, удается только на руках и придерживая, поскольку предоставленный сам себе, немедленно поворачивается хвостом к камере.
Усы вполне размерные, а вот ушки еще недосли до нормального размерчика. Весит 54 грамма (притом что близнецы только на четвертой недели по 70 грамм весили). Богатырь явный.
Сегодня утром меня насторожили звуки, раздававшиеся из клетки, этакое подозрительно мурлыканье на шиншильный манер. И что бы вы думали, таки мадам родила очередного младенца! Слава богам, на этот раз одного. Надо срочно думать над модификацией решетки и ужесточением тюремного режима, а то туфли очень жалко. На воле шиншиллы живут в каких-то иссушенных местах, и питаются исключительно полузасохшей травой и ветками. Домашним скотинкам крайне не рекомендуют давать свежую траву и овощи, ибо от этого случаюся у них проблемы с пищеварением, именуемые в народе неблагозвучным словом понос. Мои шинши это как бы понимают и интереса к всежей пище не проявляют никакого, предпочитая сено, а на десерт сухофрукты и орехи. Одноко взращение первой генерации потомства что-то сломало в стройной системе пищевых предпочтений моей девушки. Однажды она нашла на полу пакт с яблоками, добыла одно, и с тех пор яблоки стали ее всепоглощающей страстью.
Яблоко воруется из пакета (в воровании есть особое удовольствие), хватается зубуми за хвостик и крупными скачками тащится в клетку. Однако напряжение велико, зубы сжимаются слишком крепко, хвостик не выдерживает и яблоко падает на пол. Придется есть на месте.
Самое вкусное в яблоке – это шкурка. Ее надлежит аккуратно объесть кругами со всего яблока в первую очередь.
Затем проедается доступ к сердцу яблока и в ход . . . → Продолжение: Девушка с яблоком Об особенностях безысходной судьбы полупроходных рыб я конечно была осведомлена можно сказать с младенчества. Вылупляется лосось из икринки в холодных горный речушках, подрастается слегонца и скатывается в море. Там он живет года четыре, активно охотится, много и жадно жрет, быстро растет и жиреет на радость касаткам и рыболовам-любителям. А потом, в один прекрасный, а может и не особенно момент врубается программа размножения, мирские радости рыбку интересовать перестают, и прет она толпами в места своего детства на радость уже медведям и рыбым орлам, дабы отнереститься и тут же умереть, выполнив единственный свой долг. Знать я все это знала, фотографии медведей, которым лосось прямо в пасть заплывает, видела, но не доводилось мне бывать самолично в местах нереста. А тут я оказалась можно сказать в лососевом цартве. Остров сей рыбкой славится. Самых крупных лососей в мире ловили в его водах, добывают лосося тут промышленно, и даже местная популяция касаток , в отличии от своих мировых собратьев принебрегает тюленями и пингвинами (ну ладно, последних тут прямо скажем нет как класса, но вот первых вполне хватает) и сидит на лососевой диете. Ну а размножается лосось в многочисленных речках острова, куда он прямо сейчас и движется на нерест. Ближайшая легкодоступная . . . → Продолжение: Лосось и его непростая жизнь Мои ножки в полуфинале Золотой Черепахи. Можете за меня порадоваться:)
Прям так и зовут. Long horned cowfish. Категорически опровергает поговорку о недавании богом рогов бодливой корове. У этой рога еще и ядовитые. И потеет она ядом. Страшное животное, ладно, хоть маленькое.
Губки бантиком, рожки торчком. Целиком. (Ну а качество честно соответствует съемке в темном аквариуме через толстое стекло, поцарапанное к тому же.)
Господа сморящие-заходящие, помогите определиться с выбором, скажите какие портреты вам нравятся больше. Можно (и даже нужно) назвать несколько, вплоть до пяти штук:) 1. А это уже последние выходные. Звереныши за две недели выросли необычайно, весят уже по 100 грамм, по сравнению с 60 новорожденными. Ушки уже начали оттопыриваться, хвосты распушаться, и они уже вполне походи на людей, на шиншилл то есть.
Звери уже вовсю скачут по клетке, грызут дом-коробку наравне с папой, в песочницу не только падают, но и легко выпрыгивают из нее. Вот правда, если кто крышку песочницы прикроет ненароком, то сам ребенок выбраться еще не может, так и сидит весь чистый, но голодный, ждет меня для выпускания на волю.
Клетка им уже тесна, душа рвется на волю, а расстояния между прутьями слишком широко, чтобы удержать стремящегося к приключения шиншиленыша. Посему клетка легко покидается в любом месте, хоть на пол, хоть на крышу, и гуляют шиншлята по ночам по квартире, исследуя закоулки и пугая ее обитателей.
Но звереныши умны, они понимают, что еда, производимая мамой, не может следовать за ними, и возвращаются в клетку вполне самостоятельно и добровольно.
В последние дни начали проявлять интерес к еде, отличной от молока, . . . → Продолжение: А теперь и свежие.. Немного запоздало демонстрирую прогресс в росте зверенышей. Здесь им четыре дня. Уже не только по полу ковыляем, но и на песочницу забраться могем, и даже свалиться в нее запросто можем, правда вот выбраться самим еще не удается. На нижнюю полку тоже вскарабкиваемся.
Если злобная хозяйка вытащит из клетки на пол, то особо печалится не надо, а надо обследовать окрестности.
Неплохо конечно спрятаться под листом, но долго прятаться скучно, лучше поискать развлечений.
Прыгаем уже как большие, правда качает еще из стороны в сторону, но это мелочи.
Если по дороге встретится мама, то с ней следует поздороваться.
Мама обнимет, а иногда и покормит, сейчас правде не захотела.
Мама побежала дальше – пойдем и мы своим путем.
Просыпаешься утром твердо уверенный, что число обитателей дома твоего в данный момент должно соответствовать трем организмам и обнаруживаешь, что вас пятеро на ту же самую жилплощадь. И ведь казалось бы ничего не предвещало такого поворота событий. Я конечно подшучивала на Ристи последнее время, что она вот-вот родит, но твердо была уверена, что это тяжкие последствия ее неуемного аппетита. Вчера еще девица по стенкам носилась, а сегодня суетится с младенцами. Парочка, смешные головастые и голенастые и попискивают баском.
Утром они еще в основном ковыляли вокруг матери и то и дело норовили присосаться. Сосут они до крайности потешно – заваливаются на спину, задирают кверху задние ноги, а передними придерживают матушку, дабы не убежала.
В обед они уже ковыляли по дну клетки, пытались залезть на нижнюю полку и висли на решетке, норовя выбраться на свободу. К вечеру они уже забираются на нижнюю полку, на купальный домик и вовсю играют друг с другом. Быстренько так детишки развиваются. Счастливый папа.
Довольная мама.
Папа устал от общения с детьми и сбежал на свое . . . → Продолжение: «А у нас сегодня кошка родила вчера котят…» Townsend’s Big-eared Bat (Plecotus townsendii).
Парочка.
Полетел, ангелочек..
Животное провинции — Kermobe Bear — подвид черного медведя, склонный к альбинизму; Дерево провинции — red cedar, который на самом деле туя, а не кедр; Цветок провинции — Pacific dogwood; Птица провинции — Steller’s jay; Камень провинции- native jade; Брюхоногое провинции — banana slug Вот он, красавчик:
Вот это безобразие Давно мне хотелось что-то бегающее по дому, а шиншиллы очаровали меня окончательно и бесповоротно. Но я, как существо трудно решающееся на первый шаг без долгих и углубленных размышлений, так бы и пребывала в мечтаниях неопределенное время, однако судьба в лице Им как то не зажилось у прежних хозяев, у мальчика (мальчик слева) была сломана нога, они опять оказались в магазине и продавались только парой. Первые два вечера они были довольно зашуганы, чуть-что неслись в клетку, а вчера осмелели, носились как слоники, и в клетку их пришлось загонять насильно. Девочка намного смелее, везде сует свой нос, и даже запрыгнула пару раз мне на колени. Мальчик намного пугливее и пока от всего шарахается. Очень полюбил рюкзак. Поскольку я его (рюкзак) тоже люблю, то пришлось отобрать от греха подальше. Оба . . . → Продолжение: Не было у меня забот, завела я А вот это другое иглокожее, сдается мне, что офиура, но зуб не дам. Она сильно помягче своих фиолетовых родственников, довольно резва, и производит полное впечатления зарвавшихся чужих, производящих оккупацию земли. А вот это точно не то, что некоторые подумали, но что это, я как то затрудняюсь. Может кто знает? Холодное море западного побережья с его скалистым дном чрезвычайно богато всевозможной живностью. Дабы полюбоваться на большинство представителей все этого безобразия нужно нырять, что мне несколько затруднительно на данном этапе, но на некоторых, не особо резвых товарищей, вполне можно попялиться в отлив. Одни из таких тварей — морские звезды и их родственники. Данные экземпляры были запечетлены на побережье Galeano Island, одного из островов группы Gulf Islands. О поездке я расскажу малость попозже, а пока звезды: Лиловый — наиболее типичный цвет здешних обитателей, за атлантическими звездами я такого не замечала. Врочем иногда они как-бы выцветают и начинают приобретать красноватый цвет. И вплоть до совсем красного. Но других оттенков за ними замечено не было. Вот тут можно посмотреть пузико — животное решило отвалиться от камня на котором висело. Что может быть слаще тухлого краба? Звезды одиночества не выносят и стремяться собраться группами, чем больше тем лучше. Толи у них сезон размножения, то ли . . . → Продолжение: Иглокожее сообщество или звезды наступают В очередной раз наведалась в Butterfly Garden. Некоторые товарищи бросились активно размножаться. Другие же еще раздумывают. Тихо — тихо ползи слизнячок вниз по коре дуба… Во мхах.. В смысле тюленя. Скотинки тусуются у причалов на предмет покормления их рыбой. Добрые люди устоять не могут, животинки уже на дирижабли от обжорства смахивают, но как можно отказать животному, когда оно на тебя так смотрит? В пресных лужицах на берегу океана были засечены по характерному чириканью, а потом таки выявлены вживе древесные лягушечки. Увидеть живьем удалось только двоих (портреты впрочем одной и той же, ко второй распаленный страстью тритон приставал, а она его лапкой кокетливо отпихивала, мол межсемейственные связи неприличны). А вот икры в лужах полно, в некоторых кладках уже вполне головастиков можно рассмотреть. Каквыясняетсяостровизобилуеттритонами. Похоже в любом пресном непересыхающем водоеме обитают тритоны. Довольно крупные, надо заметить, сантиметром 15 с хвостом.
А это тритончик плавает.
Весна – время любви. Чем тритоны хуже остальных – у них тоже любовь.
Обращу-ка я внимание на братьев наших меньших. Начнем с сурикат. Суриката, она же Meerkat, она же Suricata suricata. Единственный представитель одноименного рода, семейства Виверровые, отряда Хищные. Распространена на юге Африки (Намибия, Ботсвана) в засушливых безлесных районах и среди скал. Данная конкретная парочка обитает в зоопарке города Калгари, где мною собственно и проводилась фотосессия этих мордах. Животинки колониальные, формируют группы в 10-30 особей, включая несколько половозрелых самок и самцов. Живут в норах и расщелинах между камнями. Рыть любят…. это нечто. Все виденные мною сурикаты предавались этому занятию страстно. Активны днем. Питаются преимущественно луковицами растений, саранчой, термитами и другими насекомыми, небольшими змеями и их яйцами, птицами, птичьими яйцами. Земляных белок, мышей и песчанок суриката нередко промышляют совместно с желтыми мангустами. Зимой у сурикат рождаются 2—4 детеныша. Продолжительность жизни в неволо до 12 лет. Легко приручаются, местное население часть держит как аналог кошки. В квартирах держать затруднительно по причине повышенной роистости. Это мальчик, ну скажем так мне кажется, в руках не держала. А это девочка во всем ее многообразии. Дикая жизнь национальных парков Скалистых гор отличается непочтительным отношением к венцу эволюции. В первую очередь подобным пренебрежением грешат снежные бараны, они же Bighorn Mountain Sheep, они же Ovis canadensis. Этих скотинок легко встретить по обочинам дорог и на парковках, даже в лес углубляться не надо. Самочки с ягнятами живут своей жизнью, круторогие мужики пребывают в элитарных мужских клубах. Толпа этих баранов вывалила на парковку возле Minnewanka Lake, и не мало не смущаясь зрителей принялась вылизывать машины. Этакий моечный сервис по-банфски. |
||
2. 
3. 
4. 
5. 
6. 
7. 
8. 
9. 
